стойкам или технике борьбы, зато всевозможные подлые приёмчики усваиваются интуитивно.
Опорная нога бородача оказалась в пределах досягаемости, и будь Андрей сейчас в своём теле, то нанесённый им удар каблуком в коленную чащечку, наверняка противника бы травмировал. Но и силы мышц Вита хватило, чтобы мужик согнулся от резкой боли и схватился за ногу.
Землянин хотел вскочить и пнуть по склонившейся голове, однако, упавший на него Сит, сбитый ударом верзилы, не позволил успеть это сделать. Пришлось отползать вместе с приятелем, пока Эльмий пытался отбиваться и уклоняться от широких махов кулаков амбала.
— Ах ты урод тощий! — противник Андрея оклемался и сжал поднявшегося землянина в железные тиски.
Вырваться никак не получалось, и уже начавший задыхаться Немченко от злости вцепился зубами в ухо бородача бульдожьей хваткой.
Мужчина заревел и стал из неудобного положения больно бить Андрея кулаками в бока, вращаясь вокруг себя, словно юла. Держать захват было трудно, и землянин с яростью проклинал лентяя Вита, не развившего свои мускулы хотя бы до уровня троечника по физкультуре.
— Прекратите сейчас же! — выкрикнула дородная женщина, появившаяся на крыльце в сопровождении двоих вышибал с дубинками, — Хватит, я сказала! А вы чего хохочете? — обратилась она к пятёрке караванных охранников, троим возчикам и вернувшейся с уже наполненным ведром тётке, — Эй, воины, помогите, лучше, угомонить их. С меня по две кружки эля.
Предложение женщины — хозяйки постоялого двора или жены хозяина — показалось мужчинам привлекательным, и вскоре все участники драки были скручены. Верзила, правда, ещё попытался трепыхаться в захвате вышибалы и обозного вояки, но, получив дубинкой в живот, затих.
— Куда их теперь? — спросил один из охранников.
— Тащите в подклети, — скомандовала женщина, быстро поспешив сойти по ступенькам и направиться к остановившейся карете, пару минут назад въехавшей внутрь двора, — Пусть там посидят. Остудят горячие головы.
— Тех двоих никуда тащить не надо! — приказным тоном заявила вышедшая из экипажа девушка и показала рукой сначала на Сита, затем на Эльмия.
Каждого из студентов и бородачей держали по двое, а землянина, учитывая его тщедушность, только один разнимавший. Андрея, в общем-то, можно было и совсем не скручивать. В отличие от своих приятелей и их противников, он изначально в драку не рвался. Сейчас же только радовался её окончанию и тому, что его спонтантое портняжно-кожевенное искусство выдержало проверку боем, и серебрянные монеты не высыпались в грязь, вызывая вопросы своим большим количеством.
Так что, Немченко вёл себя спокойно и с интересом посмотрел на раскомандовавшуюся девицу.
Платье, меховое манто, накинутое на плечи, драгоценности, надменность в голосе и выражении её лица, а также восемь верховых кольчужных дружинника сопровождения, всё не оставляло сомнения, что новая гостья дворянка.
У неё была худощавая фигурка и остроносенькое, лопоухое лицо. Андрею она очень приглянулась.
— Но они и есть зачинщики, госпожа! — пояснила подошедшая к благородной оле с поклоном женщина.
— Мне повторить? — удивилась молоденькая аристократка и посмотрела на студентов, — Эльм, Сит, вы опять вляпались?
— Опять, — улыбнулся распухшими губами первый из названных, — И снова к нам на помощь пришла прекраснейшая Джиса ол Пирен. Я ещё за подсказку по географии не успел поблагодарить, а уже надо кланяться за спасение от холодного узилища.
Всем присутствующим стало ясно, что встретились однокашники по университету. Студентов тут же отпустили, а бородачей с землянином потащили в сторону конюшни.
За спиной послышалось, как не позабывшие про нового знакомого приятели объяснили магине, что Анд тоже ни в чём не виноват.
— Иди обратно, — сказал вышибала на полпути, — Тебя велено отпустить.
— Спасибо, я слышал.
Всё, как на Земле, подумалось Немченко. У кого есть связи, тот сухим из воды выйдет. Зачинщики ссоры теперь на свободе, а бородачей, вступившихся за молодку, продержат в холодном подвале.
— Это Анд Рей, наш друг, — представил Сит землянина, — А это наша одногруппница Джиса ол Пирен, спасительница и благодетельница.
Ещё на подходе вселенец видел, как магиня поочерёдно прикоснулась к своим университетским приятелям камнями перстней на мизинце левой руки и на безымянном правой. Так-то у неё все персты имели по амулету, но эти, понятно, были лечебными.
Посмотрев на опухшую щёку представленного ей парня, ола усмехнулась и с чуть заметной иронией сообщила:
— Тебе исцеления не перепадёт в этот раз, Анд. В дороге заряжу, и если будешь поблизости, так уж и быть, по просьбе этих разгильдяев помогу твоему лицу смотреться лучше, чем у висельного трупа.
— Всё равно спасибо тебе, — учтиво склонился землянин, — Рад с тобой познакомиться.
— Анд, ты чего? — с запинкой спросил Сит.
У обоих студентов открылись в изумлении рты, и будь сейчас лето, туда бы мухи залетели. Заледеневший взгляд магини проморозил Немченко чуть ли не до озноба.
Догадка пришла мгновенно. Он ведь не одногруппник олы, что частично стирало бы социальные границы, а обычный простолюдин, и его публичное обращение к аристократке на ты — это даже не нарушение этикета, не бестактность, а открытое хамство.
Что сейчас может последовать, землянину подсказала память Вита.
— Простите, госпожа, — Андрей упал коленями в грязь, — Видите ведь сами, как мне по голове прилетело. Плохо ещё соображаю. Отрубите её, если пожелаете.
Пару секунд висела тишина, затем Джиса ол Пирен рассмеялась. Смех у неё оказался приятным.
— Вижу, тебе действительно крепко досталось. Вставай, — приказала она и повернулась в сторону своих дружинников, — Фрайс, — обратилась ола к крепкому воину с седыми до плеч волосами, равнодушным как у коровы лицом и глазами серийного убийцы, — Я буду ужинать с этими молодыми людьми. Разберись с номером для меня и мыльней. Путь продолжим завтра.
Когда взявшая Сита под локоть Джиса пошла к крыльцу, что-то на ухо рассказывая приятелю смешное, Эльмий придержал землянина.
Студенты от лечения амулетами не только стали выглядеть лучше, хотя покраснения на местах ударов ещё остались, но и почти протрезвели.
— Анд, ты так больше не шути, — предупредил Карон, — Джиса девушка хорошая и, возможно, разрешит тебе когда-нибудь к ней обращаться на равных в своей компании...
— Эльм, говорю же, голова не соображала ...
— Вот-вот. Повезло, что она земляная. Её стихия спокойна и не будит вспыльчивость. А окажись она огневиком или воздушником? Да и так, вот намагичила бы тебе каменную кожу, и жил бы истуканом пару дней, пока не помер.
—
